Записъ Михнувъ з Будищъ Великих на купене грунтовъ в Пана Івана Искренъка, 1677 г.

Арк. 44.

№ 80

Записъ вторий Михнувъ з Будищъ Великих на купене грунтовъ в Пана Івана Искренъка, преписанъ и принятъ до книгъ наших мѣскых Полтавскихъ, которий так ся в собѣ маетъ.

   Я, Іванъ Искренко, вѣдомо чиню симъ доброволним писмомъ моимъ, кому будетъ оказано, ижемъ продал Михнови Великобудянскому част лѣса, на Ковжижи, кутъ по березу, яком его завювъ по великие лозы, и изовъ два, нижей озера, за которий грунътъ взялемъ в Михна готових грошей осмъ копъ: волно будетъ Михнови, жонѣ и потомкомъ его тимъ грунтомъ вѣчне владѣти, дати, продати и даромъ дати, и на свой пожитокъ, якъ хотѣти, обернути, жаднихъ перешкод и турбаций правныхъ нѣ од кого не узнавши, такъ од мене самого, яко и од всѣх близкихъ и далних кревних і повиноватих моих.

   Що задля стверженъя и на потомние часы даю до рукъ Михнови сие писмо мое за вѣдомомъ врядовым, при бытности пана Кости Кублицкого Судѣ Полку Полтавского, Олешка Кованки Атамана Городового, Семена Яременъка Войта, Левка Бурмистра и при многихъ общихъ зацнихъ персонахъ.

   Дѣялося в Полтавѣ, року  АХОЗ  (1677) ,  мѣсяця іюня  S  (6)  дня. 

Клятвенное обещаніе Полтавского полку сотника сотни Маяцкой Андрея Миргородского, 1763 г.

Клятвенное обещаніе

   Азъ ныже именованны обещаюсь и кленусь всемогущимъ Богомъ предъ святымъ его евангеліемъ въ томъ что хощу и долженъ ЕЯ ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ моей всемилостивейшіей Гдрнѣ ИМПЕРАТРИЦѢ ЕКАТЕРИНЕ АЛЕКСЬЕВНѢ САМОДЕРЖИЦѢ ВСЕРОССИЙСКОЙ, и ЕЯ ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА любезнейшому сыну ГДРЮ ЦЕСАРЕВИЧУ И ВЕЛИКОМУ КНЯЗЮ ПАВЛУ ПЕТРОВИЧУ законному всероссійскому наслѣднику вѣрно и нелицемерно служить и во всемъ повыноватся не щадя живота своего до [последней капли кровы и все к высокому] ЕЯ ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА самодержавству сылу и власты принадлежащія [права и прерогатывы и] преимущества [узаконенныя и впредь узаконяемыя] по крайнему разуменію сылѣ и возможностей предостерегать и оборонять и при моей крайней мѣрѣ старатися споспѣшествовать все что къ ЕЯ ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА службѣ и пользѣ [государственного] во всякихъ случаяхъ касатися можетъ о ущѣрбѣ же ЕЯ ВЕЛИЧЕСТВА интереса вреду и збитку какъ скоро о томъ увѣдаю не токмо благонамеренно объявлятъ но и всякими мѣрами [отвращать и] не допущати тщатся и верную муку в вѣренную крѣпко хранить буду и поверенной и положенной на мнѣ [чинъ] какъ по сей Генеральной такъ и по особливой определенной и отъ времены до времены ЕЯ ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА имянемъ отъ представленныхъ надо мною началниковъ опредѣляемымъ инструкциямъ и регламентамъ и знакомъ надлежащимъ образомъ по [совести] своей исправлять и для своей корысти, свойства, дружбы, и вражды противъ должностѣй своих и присяги не поступать и такимъ образомъ себя вести и поступать как доброму и вѣрному ЕЯ ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА рабъ и подлинного благопристойно есть и надлежитъ какъ и судомъ его страшнымъ въ томъ всегда отвѣтъ дать могу такъ сущу мнѣ Господь Богъ душевно и тѣлесно да поможетъ, въ заключеніе же сей моей клятвы цѣлую слова и крестъ [Спасителя] моего. Амин 1763 году     декабря д.

   У сей присяги билъ подписался Полку Полтавского сотник Маяцкой Андрѣй Миргородский.

   Къ сей присягѣ показанного сотника Маяцкого Андрѣя Миргородского приводилъ и подписался войсковий капеланъ Корнилий Юзефовичъ.

   При сей Присяге свѣдителемъ былъ войсковой канцеляристъ Дмитро Кованка.

   Рядовіе козаки
   Никита Залюбовскій саморучно подписался
   Иванъ Усанъ саморучно подписался
   Иванъ Миркало саморучно подписался
   Марко Комисаренко
   Петро Гресенко
   Семенъ Василенко
   Микита Стороженко
   Петро Чыртка
   Яковъ Манковский
   Грицко Дудка
   Данило Ратковский
   Романъ Солошичъ

   Іванъ Коваль

   А вместо ихъ неграмотнихъ по ихъ прошению сотенной Маяцкой канцелярии канцеляристъ Терентий Солодовникъ какъ за себя такъ і за них козаковъ руку приложилъ.

Запис п-нѣ Івановой Искренковой на байрак принят до книг мѣских Полтавских, 1666 г.

— 35 —

53 (л. 22 об.).

Запис п-нѣ Івановой Искренковой на байрак принят до книг мѣских Полтавских и переписан слово в слово, котрий так ся в собѣ мѣет:

   Великого гс-дря нашего, его ц-ръского прес: вел: войска Запорожского дворяне и судѣ енералние, Петро Михайлович Забѣла и Павел Гаврилович Животовский.

   П-ну полковнику войска его ц-ръского прес: вел: Запорожского Полтавскому, атаману городовому, войтомъ, бурмистром и вшелякой конъдиции людем. Приказуем вам именемъ самого его м-л: боярина и п-на гетмана войска Запорожского, абысте жадных не допускали турбаций п-нѣ Івановой Искрисѣ и потомком еи, яко то от приятелей их, так-же и от общих людей, а меновите, же собѣ пред судом н-шим позев мѣли Есифъ Искра з панѣ Івановою Искрихою, невѣсткою своею, о байракъ Соколѣй, лежачий за селом Жуками, же Есифъ з своею сестрою Грицихою от половици того байрака одтирали, которий отчизний собѣ мѣли и славной памяти небожчикъ Іван Искра до смерти тим байраком завѣдовалъ и в области своей мѣл. Що и мы, з росказаня его м-л: п-на гетъмана, прикрили-смо декретом нашим, абы помененная п-нѣ Іванова Искриха, як того байраку колко пожитков з него из мужем уживала, абы и тепер того не было од ней і от потомков еи отдалено, то варуем и пысмо подаем, абы Есиф и сестра Грициха до той половици того байраку, що прежде держали Іванъ Искра, не мѣли жадного дѣла і в том не важилися Івановой и потомства еи турбувати вѣчне; а еслибы найменшая турбация мѣла быти от Іосифа и сестри и от потомства их, теды покладаем заруки до войсковой шкатулы тысячу золотых, а на тот вряд, пред которим бы мѣла быт справа тая взновлена, таляров сто, що для лѣпшой певности печат н-шу судейскую казали-смо притиснути. Писан в Гадячом, року 1666, м-сця іюня дня 30.

   Звишъменование судѣ. 

   Вписан сий записъ з росказаня Олешка Кованки, атамана городового, Максима Попенка, войта, и всего маестрату мѣского Полтавского.

_________

Справа Івана Потапенкова з Стасовец з Остапом Литвиненкомъ, зятем Олховиковим, с Камянки о вкраденю овечки, 1671 г.

— 107 —

118. (л. 241).

Справа Івана Потапенкова з Стасовец з Остапом Литвиненкомъ, зятем Олховиковим, с Камянки о вкраденю овечки.

   Року бжія 1671, мсця ноеврія 4 дня.

   Пред насъ Феодора Жученъка, полковника вой: его цар: прес: вел: Запор: Полтавского, и при бытности Олешка Кованки, атамана городового, Демяна Gуджула, Михайла Стефановича, Петра Мисенъка, обозного, Сави Игнатенка, асавула полкового, Семена Яременъка, войта, Левка, бурмистра, и при многих общих зацних особах.

   Скаржился Іванъ Потапенъко кремѣналѣтеръ на Литъвиненка Остапа, Олховикового зятя: Мои ласкавие пнове, презенътую лице моей власной овечки вкраденой, до которого крадежу поводом поменений Лытвиненко, которий, зарѣзавши мою овечку, хлопятом не велѣл повѣдати нѣкому, и, тую свѣжину привезши, вдому ззѣли.

   По вислуханю скаргъ выдячи теды мы лице на Литвиненка, пред врядом презентованое, и его публѣцѣ стоячого, питали-смо того Литвиненъка: ежели бы онъ до тое злости поводом был?

   На то Остапъ Литвиненко повѣдѣл: Щож, мои ласковие пнове! Дявол мя на то подвел; вкравши м тую овечку, розумѣлем – нѣхто о томъ не довѣдается, яко-ж хлопятом и вѣдомо то было, и тую овечку кошеницею обклалем и в кожух увертѣл, привѣзем в дом, свѣжину ззѣли-смо, а напотомъ освѣдчилем то і атаманови Стасовецкому, якоб то найденая овечка, далем же атаманови таляр и шкурку, абы по мнѣ потаил, менуючи приблудою.

   Мы теды выслухавши скаргъ и одповеды, а прихиляючися до рады, товариской и до суду ншего приналежних особ, поневаж многие шкоди Потапенъко утерпѣлъ, винайшли-смо

декретъ

з розделу чотирнадцатого, артикулу двадцат третого, о жонах і о дѣтех, которіе вживали речей крадених, горлом сам тот злодей мает быти каранъ, которий кралъ. За наступенем прозб приятелей Остапових, любо то есхо поглядаючи на молодост лѣтъ, велѣли Остапа на члонку скарати, преч з мѣста высведчивши, – и до того за прозбами людей зацних не допустили-смо, приказавши, абы Остапъ всю утрату Потопѣ нагородил с приналежною нам виною врядовою за для окупу врѣзаного члонъку.

   Справу сію велѣли-смо в книги меские Полтавские вписати, що и ест вписано, року и дня вишъ менованного.

   Весь № 118 зачеркнутъ и подъ нимъ приписка: 

   За вѣдомом высланого отъ его мл: пна гетьмана Івана Самойловича, зесланого Романа Книша и при бытности Леска Черняченъка, асавула енерално[го], Демяна Gуджола, полковника Полтавского, Юрка Туболца, судѣ, Дмитра Горбаненка, атамана  городового, пна Захарии Мудрика, войта, вытерта сяя справа, абы […] в том нѣ от кого не узналъ, варуемъ и обороняем Остапа.

_______

Записъ Александров Никифоровичов, писара городового Полтавского, на куплене сѣчи на Берестовѣ, 1677 г.

— 72 — 

104 (л. 51 об.).

Записъ Александров Никифоровичов, писара городового Полтавского, на куплене сѣчи, крил двох, в Сидора Тетерваченка на Берестовѣ у Высокой дуброви, якъ Берестовенка впала.

   Року 1677, мсця марта 1 дня.

   Пред насъ Гаврила Барабаша, обозного и на мѣсцу полковницком, и при бытности Олешка Кованки, атамана городового, Максима Попенка, войта, Левка, бурмистра, Паска Переяславца и при многих общих зацных персонах.

   Ставши публѣчне, Сидор Тетерваченко визнал доброволне: Пнове! Продалем Александрови, писарови Полтавскому, сѣч, крил двѣ, на Берестовой; крила тые обѣ вкупѣ, вышшие, за которие взялем од Александра таляров чотири. Волно ему, Александрови, будет и потомкам его тыми крилма обома вѣчне владѣти, дати, продати и даром дати и на свой пожиток як хотѣти обернути, жадных перешкод и турбаций правних нѣ од кого не узнавши.

   Мы, то слышачи от устъ Тетерваченъковыхъ, велѣли в книги записат, що и ест вписано, року и дня выш менованного.

   

   Запис вторий Александров, писаров, всей сѣчи на Берестовой, на купене крила третого на Берестовѣ в Якименка Мачоского продковской спочатку.

_________

Записъ Микитин Сѣдаченков на куплене сѣножати в Івана Колѣсниченка, 1677 г.

— 81 —

117 (л. 59).

Записъ Микитин Сѣдаченков на куплене сѣножати в Івана Колѣсниченка.

   Року бжія 1677, мсця іюля 20 дня.

   Пред насъ Кости Кублицкого, судѣ полку Полтавского, Олешка Кованки, атамана городового, Семена Яременка, войта, Левка, бурмистра, и при многих общих зацних персонах.

   Ставши пред насъ, Іван Колѣсниченъко з городка Богодуховой визнал явне, ясне, доброволне, непримушоне, в тие слова повѣдѣвши: Пнове! З доброй воли моей продалем Микитѣ Сѣдаченкови сѣножат мою власную, нѣкому нѣ в чом непенную и незаведенную, на Говтве Середной, выш шляху Барановского, по байрак и по Михайлову Сѣдаченкову сѣножат, за которую сѣножат взялем в Микити пчол улев десят, вѣдерко меду, готовых грошей 9 таляров, вола и порося. Волно будет Микитѣ и потомком его тоею сѣножатю вѣчне владѣти, дати, продати и даром дати и на свой пожитокъ якъ хотѣти обернути, жадних перешкод и турбаций правних нѣ од кого не узнавши, такъ од мене самого, яко и од всѣх близких и далных кревних и повиноватых моих.

   Мы, тое слышачи от уст Колѣсниченъковых, купълю сыю велѣли-смо въ книги мѣские Полтавские вписат, що и ест вписано.

–––––––––

Запис gрунтов Степановни Дарки, 1670 г.

89. (л. 219 об.).

Запис gрунътов Степановни Дарки.

   Року 1670, мс-ця ноеврія 3 дня.

   Пред нас Демка Яковенка, атамана городового, и при битности Демяна Gуджола, Ивана Браилка, асавула полкового, Петра Мисенъка, Олешка Кованки, Тимоша Gаевъского, Сави Игнатенка, асавула полкового, Семена Яременъка, войта, Левка, бурмистра, а при многих общих зацних особах. 

   За донесенем скаргъ всѣх зятей Стефанових Яковенъкових о gрунъта, позосталие по небожчику Стефану, осудили-смо за реч слушную, прихиляючися до ради товариской: поневаж духовници немашъ, теды мѣетъ зоставати мѣзинъка 1) Дарка при хутори з садом и з ставком на Супруновце и левада к садку, а поле, що зостало, в ровний дѣлъ семомъ особамъ, болших алтеркаций в том вщинати : 

   Ивану Целюрику – нива в межу Ваценковою, другая нива Івану на Полузори, в межу з Супруненъко[м], в стѣнокъ нива Івану.

   Лескови – на Полузори в межу в ровний дѣл з Ничипором з Іваном под Gуджолами половина ниви Лескови в межу з Догтяренковою; Іванови половина ниви там же; Ничипорови-к Ивончинъцам в межу с Петровою Петрашенковою.

   Иванови Конъдратенъкови – к прогони нива ведле капълици; Павлови Гринченъкови нива ведле Роминъчи; з ниви, которая в капълици, хто будетъ орати, – десятина на церков кождого року за д-шу небожчиковскую мѣет приходити. 

   Спорядивши то пристойне, велѣли до книг миских Полтавских вписат, що и ест вписано, року и дня вишъ менованного. 

   Іванови Конъдратенкови нива под Соколѣмъ ведле Петрашенъковой; Павлови – на Полузори нива ведле Роминъчиной; Іванови Гавришенъкови – ниви клынъ ведле Роминъчи. 

   А хто-б мѣлъ, тие gрунъта продат , ближшие будут свои грошѣ от ложити, такъ в сѣножатех, яко и в нивѣ.

_______

1) Т. е. самая младшая дочь.

Справа Костева Шапочникова с Кондратом Шапочником, 1671 г.

99. (л. 225 об.).

Справа Костева Шапочникова с Кондратом Шапочником.

   Року бж: 1671, мсця іюл: 22 дня.

   Пред насъ Федора Жученъка, полковника войска его царского прес: вел: Запорожского Полтавского, и при бытности Олешка Кованки, атамана городового, с товариствъ теж пна Демяна Gуджола, Сави Игнатенка, асавула полкового, Яремы Марченъка, Івана Роздайбеденъка, з уряду теж меского Семена Яременъка, войта, Левка, бурмистра, з братѣ теж цеху кушънерского: Івана Кулака, цехмистра, Яска Пашъковского, Устима, Курила Воскобойника, и пред многими зацними особами.

   Ставши публѣчне, Кост Шапочникъ жалосливе скаржился на Кондрата Шапочника, так мовячи: Мои ласкавие пнове, юж то не по еднокротие от Кондрата великое зелженя поношу, правне з ним поступуючи, а онъ, Бга не боячися, а нѣ заруки вложоной варуючися, справу взновляетъ. А я пред мл: вшею хощу вивод дати о своем цнотливом мешъканю, бо любо то нѣякуюс спѣжъ 1) менует турбовано мя за тое, але то под часъ експедіции в тых краях на ярмарку купилем собѣ спѣжі, яко несвѣдомой.

   Теди-смо, по вислуханю скаргъ, казали Костеви пристойних людей становит, хто пред тим в Кубличи зоставал.

   Напрод старушъка Нахимиха под сумленем і боязню бжею визнала о вихованю Костя Шапочника и о цнотливих поступъках его свѣдома-м, иж онъ ест цнотливий и в жадном злом учинку не подойзрений.

   В то-ж слово визналъ пнъ Анъдрей Нахименко, о цнотливом мешъканю здавна Костевом осведчивши.

   Потрете Ісай Смѣлянский визнал, втож бивший обивателем Кублицким: Пнове, здавна знаемый нам пнъ Кост Шапочникъ, и в жадном злом учинъку не ест подейзреним; его Кондратъ нецнотливе поблѣкуетъ.

   Почварте Анъдрей Довгополий, зацный товариш, пред тым бивший обивател Кублицкой, а тепер Пултавский, визнал под сумъленем дши своей Костя Шапочник зацне, поцтиве з молодости лѣтъ мешъкал в Кубличи, жадних злостей на него не показалося нѣкгды.

   Яко-ж и з цеху кушънерского все братство о цнотливом мешканю Костевом ясне виразили, а в остатку Анъдрей Кондрату очне мовил: Станови едно ты, Конъдрате, того Богдана, на которого ся слова всадивши, члка цнотливого Костю хлѣба хоч збавыти. Такий же и той Богданъ потварца, як и ти!

   Мы теды, вислухавши слушъного свядомя от зацнихъ особ, а поглядаючи на писмо, поданное от попадѣ Тетяни Бакълийской, яко теж и в справе пред братіею, що Кондратъ ревѣковал своей справи, а тепер за неповстягливост губи своей и не варуючи заруки вложоной, взнурилъ тую справу,—Костеви Шапочнику тую-ж му зацност приписуем, якъ и пред тим цнотливим зоставал, приказавши, аби Конъдратъ, Костя упросивши, всю утрату правних викъладов от мала і до велика нагородил з нагороженем нам вини вложоной.

   Справу сію окончивши, велѣли-смо в книги меские Полътавские вписат, що и ест вписано, року и дня вишъ манованного.

_________

1) Мѣдь. 

Записъ Костев Шапочников, 1670 г.

97. (л. 224 об.).

Записъ Костев Шапочников.

   През росказаня его мл: пна Феодора Жученъка, полко[в]ника вой: его цар: прес: вел: Запорожского Пултавского, и при пну Олешку Кованце а п: Гарасіму Прогонском, сотънику полковомъ, Дмитру Горбаненку, А[н]дрею Римару, Левку, бурмистру, и при многих общих особахъ, преписано слово в слово, которий записъ такъ ся в собѣ мѣетъ, принятий до книг:

   Я Любка, попадя Бакълыйская попадя бившая, чиню вѣдомо сим моим писанем: иж Кост Пудленъко, обивател Пултавский, а пред часи обивател Кублицкий, которий зоставал винъним матцѣ моей небожчице Маріи, попадѣ Кублицкой, пятдесят зол:, що и отдалъ мнѣ, Любцѣ, оный долъгъ пятдесят зол:; в чомъ его квѣтую и даю ему сые пысмо мое Костеви Пудленъку, вѣчними часы абы за мое добро не важился нѣхто его, Костя, турбоваты, я и дѣта мои, так тыж и с кревних моих, близких і далних, абы нѣхто важітися не мог чинити турбаций, що оний Кост не винен нѣ в чом, яко цнотливий и вѣри годный ремесник, которому за для очищеня даю сіе писмо мое при людех зацних и вѣры годных: при Захарце Старом, Івану Вубломъ и при отцу Яремѣю и Мартину, пономару, обывателей Бакълыйскихъ.

   То-смо записавши, подаемъ до рукъ пну Костеви, року 1670, мсця октоврия 28 дня.

   А на сий часъ вписано до кних меских Пултавских за для очищенія Костеви при особахъ вишъ менованних.

_________

Справа Бѣлаша з зятем своим Василем Ризенъком на Гаврила Башту Рибцовъского, 1664 г.

10. (л. 19).

   Рок 1664, мсця ноевърия 19.

   Предо мною Олешком Кованкою, на мѣстцу полъковъницком, и при мнѣ бивъших Манца Хведоровича, атамана, Петра Карповича, войта, Якова Манченъка, бурмистри, Тимка, атамана Рибцовъского, и инихъ, вѣри годних особ не мало.

   Ставши порсоналѣтер, Бѣлашъ з зятем своим Василем Ризенъком ускаржалися на Гаврила Башту Рибцовъского в тен способ: Пнове, Гаврило, мало дбаючи о карност, же людем шкод не мало зоставил в крадежи комор, а зособна въ зятя моего Василя час немалый боба промешковала, кгосподарства доглядаючи, тая, обобравши зятя мого, пошла преч, которую бабу самъ власный Гаврило выпровадилъ зо въсѣмы рупесками за Днѣпр, подобно к Жаботину.

   Теди-смо казали Гаврилу пред собою стат для слушного выводу, которий, ставъши, жадного выводу не давши, але овъшем добровлне зналъся, же тую бабу з рупесками перше выпровадилъ, ажъ, к Решетиловъци, якобы толко за нагороду полъ зол[отого], где теж и Бѣлаш, тую бабу в Решетиловъце постигнувши, обобрал, пред вряд не постановивши.

   Теди-смо уваживши на скарги Бѣлашовы и видячи Гавърила Башту, же о злочинци вѣдомост мѣлъ и перехововалъ, декрет ведле розделу одинадцатого, артику[ла] 36, таким же поблѣкованем проступцею чиним, скаравши виною злодейскою. Справу сию казали-смо в книги меские Полътавъские записат, що и ест записано.

   Въ том же роздѣлѣ 12, артикул 15.

   И роздел 14, артикулъ 13.

_________

Запис монастира Печерского о дарованю той обители стой сичи от Романа Гриценъка Локошковской, 1675 г.

47  (л. 20 об.).

Запис монастира Печерского о дарованю той обители стой сичи от 
Романа Гриценъка Локошковской.

   Року б: 1675, мсця февраля 11 дня.

   Пред насъ Прокопа Левенца, полковника войска его царского пресвитлаго вел: Запорожского Полтавским, и при битности Петра Мисенъка, суди полку Полтавского, Олешка Кованки, атамана городового, Семена Яременка, войта, Максима Попенка, буръмистра, и при многих общих зацных персонах. 

   Ставши побличне, Роман Гриценко повидилъ, словне виразивши доброволне а непримушоне: Мои ласкавие пнове! Миючи мни сич от небожчика Ярмолы Локошки, за мою власную працу купъленую, на той сторони Ворскла, по дорогу сичи Радковой и изов з вешъняками одинадцат, то-м, що отримал от Ярмолы за суму готових грошей осмъдесят золотых, той  увес крунът даю в моцъ и в завидованя обители стой чудотворной Печерской; миетъ тоею сичу вичне владитъ, жадних перешкод ни от кого не узнавши. 

   Мы, тие слова слышачи от уст Романових, а на жаданя его велили-смо то в книги нши миские Полтавские записат, що и ест записано, року и дня вишъ менованного.

———————

Записъ Оленин Прокопишин з Жуков на куплене gрунътовъ, 1676 г. (продолжение)

87  (л. 41).

   Року 1676, мсця августа 4 дня.

   Пред насъ Олешъка Кованки, суди наказного полкового, Клима Чорнушенка, атамана городового наказного, Максима Попенка, войта, Левка, бурмистра, и при многих общих зацних персонах.

   Доходили Олена Прокопиха Жуковна с потомками еи купленого gрунту на Сохацковни Наливайчиси, в которий Наливайчиха неслушне ся втручает, менуючи купъленим способом мити, а купчей слушной не миетъ.

   Мы теды, выслухавши скарги Прокопишиной Жуковниной, казали вивод и свядомя слушное давати: яким би способомъ мила довести, якъ би тые крунта небожчикъ купил в Івана Корниленка, записавши в Жукох, а не в городи?

   Теди Проциха с потомками еи, давши о томслушний вывод, і атестацию врядовне [з] Змиева нам для прочитаня подала, же тие gрунта миетъ купленим способом, якъ ест обширней написано в той-же атестацие; куплю небожчикову Процикову и продаж Корниленъков вичне при моци заховуем, а Наливайчиха не миетъ ся в тие крунъта купление втручати, под виною десяти таляров. Писан в Полтави, року и дня вишъ менованого.

—————